Чарские пески – описание, фотографии, отзывы

Чарские пески: Как выжить весной в сибирской пустыне

В середине апреля корреспондент Царьграда побывала в одном из отдалённых российских регионов – Забайкалье. Здесь, на территории недавно устроенного национального парка «Кодар», среди гор и рек раскинулась единственная в Сибири пустыня – Чарские пески

Мало у кого Сибирь ассоциируется с пустыней, а между тем она здесь есть, и выглядит необычайно. Когда-то на месте Чарских песков было море – этим и объясняется наличие пустыни в таком, казалось бы, неподходящем для неё ландшафте – тайге, окружённой горами. Пустыня небольшая – всего каких-то 5 на 10 км, но зато с самыми настоящими барханами, достигающими в длину почти 200, а в высоту – 80 м. Здесь случаются и песчаные бури, когда песок поднимается ввысь на несколько метров и носится над землёй, закручиваясь воронками. И только здесь можно увидеть сюрреалистичную картину – сугробы на песке и наледи под песком.

Снег на песке в Чарской пустыне. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

О том, что в России есть пустыня, я узнала несколько лет назад. В одной из групп в социальной сети ВКонтакте наткнулась на несколько фотографий – высокие барханы, за которыми видны синие силуэты высоких горных хребтов, моментально запали в душу.

С тех пор Чарские пески стали моей голубой мечтой – далёкой и недоступной. Ведь для того, чтобы попасть туда, нужно много времени: дорога из Москвы по наиболее удобному маршруту занимает только в один конец три дня, потому что сначала нужно лететь самолётом до Красноярска или Братска, а потом ехать на поезде, который ходит лишь три раза в неделю. Да и мало кто согласится поехать в такую даль и холод, а одной в суровую Сибирь отправляться страшновато.

Но в этом году мечта, наконец, сбылась. Нашёлся человек, которого рассказы про заснеженные барханы и «минус 20 ночью» не отпугнули, а вдохновили. И вот мы вместе с Виктором (так зовут этого человека) взяли отпуска и отправились в недельный поход с палаткой.

Время поездки было выбрано не случайно: летом в этих краях много рек и болот (марей, как называют их местные), над которыми кружат тучи комаров и мошки, а в апреле всё это подо льдом, что в разы упрощает передвижение. И уже не так холодно, как зимой. Ну, относительно, конечно: зимой здесь бывает до минус 50-60, а в апреле – до минус 20 ночью и около нуля днём. Словом, холод мы предпочли болотам, взяв с собой побольше энтузиазма и тёплых спальников.

Маршрут был выстроен так. Из московского Внуково прилетели в Красноярск. Там – закупка продуктов и того необходимого, что нельзя провезти в самолёте. Это газ – для приготовления еды, сухое горючее – для разведения костра, фальшфееры – для хоть какой-то самообороны в случае возможной встречи с медведем.

Затем из Красноярска поездом мы ехали до станции Новая Чара. Эта двухдневная поездка – сама по себе приключение: путь пролегает через Северобайкальск, где во время остановки можно сходить на лёд Байкала, пересекает великие сибирские реки Лену и Енисей, проходит по БАМу, вдоль которого справа и слева вырастают высокие хребты близких гор… Кто-то, возможно, скажет, что ехать в плацкарте двое суток – ужасно, ведь это и долго, и некомфортно, однако мне нравятся поезда своей аутентичностью. Здесь, в Сибири, среди их пассажиров уже не встретишь столичных «мажоров» – тут ездят, в основном, рабочие, вахтовики или же просто местные, перебирающиеся из своих деревень в города или возвращающиеся из городов в деревни. Они не знают интернет-сленга, зато могут несколькими различными словами описать болото или лес. Мы, например, переспрашиваем, что такое «мари», а они переспрашивают слово «хайп».

Байкал. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Но вот, наконец, Новая Чара – посёлок городского типа, основанный во время строительства БАМа. Соответствующую ему станцию строили казахи, придав ей свой национальный колорит: здание вокзала по форме напоминает юрту, а внутри висят деревянные барельефы, изображающие быт кочевников.

Здание вокзала в Новой Чаре. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Поначалу мы собирались найти гостиницу и забронировать её на конец похода, чтобы можно было передохнуть и вымыться перед обратным ночным поездом, а потом ехать в соседнее село, Чару, откуда должен был начаться наш маршрут. Там же планировали зарегистрироваться у спасателей (эту меру предосторожности рекомендуется соблюдать всем туристам). Но уже из посёлка виды гор и песков манили своей близостью, потому мы решили пойти к ним напрямик. К слову, с гостиницей в Новой Чаре мы, что говорится, «обломались»: в единственном доступном подобном заведении с нас запросили 5 тыс. рублей за номер, заявив, что у них тут вообще «цены высокие». Разбили наш стереотип о «нищих регионах»: раз такие цены, значит, у местных есть на это деньги. Не было бы спроса – не было бы и предложения.

Путь наш до песков пролегал через какой-то завод, затем шла вполне сносная грунтовая дорога, местами растворяющаяся в болоте (к счастью, заледенелом), через реку, сопку и, наконец, через уже упомянутые мари. Марь вообще – это эвенкийское слово, обозначает сильно увлажнённое пространство с осоково-багульниковыми кочками, покрытое карликовыми берёзками. Её образованию также способствует многолетняя мерзлота, удерживающая воду на поверхности. Но Чарские пески окружены марями ещё по одной причине: под ними геологи когда-то обнаружили богатые водные залежи. В пустыне даже есть скважина, пробурённая этими геологами. Зимой над ней намерзает огромный ледяной столб, из которого пробивается вода.

Ледяной столб, намёрзший на скважине в Чарских песках. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Пройдя заледенелые «тернии», мы вырвались, наконец, к «звёздам», а точнее – к долгожданному песку. Причём место, в котором мы к нему вырвались, вероятно, было самой высокой частью пустыни – барханы здесь представляли собой треугольные горы с чётко очерченными силуэтами, как с картинки. Восторгу не было предела.

Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Однако долго идти по песку весьма утомительно: ноги проваливаются. Как и по льду – только там они не проваливаются, а скользят. Поэтому наша детская радость от особенностей рельефа – огромной песочницы и бескрайнего катка – время от времени сменялась на усталость и напряжённые попытки понять, что удобнее – скользить по марям или ползти по песку.

Первый день в итоге выдался сложным – рюкзаки ещё очень тяжёлые, в ритм похода мы ещё не вошли, километраж тоже приличный – около 15 км. А впереди ещё первая ночь, прогнозы на которую обещают -16 градусов. Наша экипировка – два коврика, три спальника (два пуховых и один синтетический), куртки и летняя палатка, практически не удерживающая тепло.

Однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы выжить и даже выспаться. Правда, эту и все последующие ночи просыпаться приходилось во льду и снегу: наше тёплое дыхание конденсировалось на потолке палатки, капало сверху на спальники и замерзало. Но на это дружным коллективным решением было решено забить.

Пожалуй, нет смысла подробно описывать каждый из семи дней, проведённых нами в окрестностях Чарских песков. Но было несколько интересных особенностей этого похода, о которых хочется рассказать.

Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Второе после самой пустыни, что поразило – это обилие голубого льда. Толстые полупрозрачные наледи покрывали всё: изо льда местами торчал лес; в зеркальный каток превратились все болота, ручьи и реки; водопады и самые бурные потоки замёрзли бело-голубыми перекатами и гладкими холмами. По льду, с одной стороны, удобно идти: на суше дорога петляет и временами исчезает, так что приходится либо продираться через кусты, либо тонуть в сугробах по пояс, в то время как на реке – чистое ровное зеркало с небольшим наклоном. С другой стороны, жаркое сибирское солнце, отражающееся ото льда, нещадно слепит глаза и жжёт кожу – из холодного зимнего похода мы с Виктором вернулись загорелые, как дети из пионерлагеря.

Голубой лёд реки Средний Сакукан. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Эхо холодной войны

Места эти интересны не только природой, но и своей историей. Ведь здесь в конце сороковых годов прошлого века было открыто и разработано первое советское месторождение урана.

Холодная война, гонка вооружений. СССР ускоренно создаёт атомную бомбу. Добыча урана стала стратегически необходимой, архиважной. В этих местах был создан рудник Мраморный, где помимо геологов трудились заключённые Борлага (подразделение ГУЛАГа). Естественно, рудник и всё, что с ним связано, были строго засекречены. Просуществовал он недолго: очень скоро выяснилось, что урановая руда залегала здесь только на поверхности. Работы были свёрнуты. И сейчас ветхими остатками былого производства любуются только туристы.

Остатки строений неизвестного предназначения. Фото: Александра Петрова: Телеканал «Царьград»

Посмотреть действительно есть на что: деревянные мосты на квадратных опорах, сложенных по типу колодца, полуразрушенные бараки с подземными помещениями, старые вышки ЛЭП, идущие вверх по склону горы. В самом руднике из-за низких температур сохранились целыми хозяйственные постройки, домики геологов, колючая проволока и различные бытовые предметы. Туда мы, к сожалению, не попали из-за сугробов и льда: подниматься в горы по ним было опасно. Но и у подножий гор попадались ржавые колёса вездеходов, старые аккумуляторы, решётчатые вставки из окон бараков заключённых.

Ущелье Мраморное – начало рудника Мраморный. Если присмотреться, слева по берегу реки видны вышки ЛЭП. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

В ущелье реки Средний Сакукан, недалеко от рудника Мраморный, мы нашли оборудованную землянку, окружённую множеством утвари: кастрюли и каны, газовые баллоны, пилы, топоры, фонарик, даже небольшая ванночка. Внутри землянки – застеленная кровать, несколько халатов и ещё какие-то предметы. Ровной горкой лежат колотые дрова. Казалось, будто хозяин ещё сегодня был здесь. Как мы выяснили позже у местных жителей, в землянке долго жил отшельник, который ставил фотоловушки на диких зверей и время от времени приходил в село Чару. Не так давно он умер от алкоголизма, но его лесной дом местные оставили нетронутым.

Землянка в лесу. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Ещё одна особенность этого путешествия – жизнь при почти постоянной минусовой температуре. Она интересно перестраивает весь быт. Например, возникает проблема отсутствия воды. За весь поход мы очень редко встречали воду в жидком состоянии, поэтому для того, чтобы приготовить пищу или просто банально утолить жажду, приходилось топить снег или лёд. Сначала мы топили снег на костре. Получалась вода со вкусом пепла и старой листвы, иголок и иногда песка. Пить это – сомнительное удовольствие, поэтому через какое-то время мы перешли на лёд и горелку. Вода получается в разы чище. Посуду мыли прямо нерастопленным снегом, это нужно было делать быстро, чтобы не успели замёрзнуть руки.

От холода возникли и другие непредвиденные проблемы. К примеру, влажные салфетки, которые были взяты для поддержания хоть какой-то гигиены, в первый же день превратились в аккуратненький кирпич. Этот кирпич растапливался каждый вечер у костра, а за ночь вновь замерзал. Такие продукты, как сливочное масло, лимон, чеснок – тоже быстро окаменели. Дольше всех держались лекарства из аптечки, но и они не устояли, когда в одну из ночей температура упала до минус 18. Зато относительно жидкими на удивление остались сгущёнка, кетчуп, горчица, зубная паста. Впервые поблагодарили производителей за химические добавки, которые, судя по всему, и не дали им заледенеть.

Попытка добыть воду через прорубь не увенчалась успехом – слишком толстый слой льда. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Вы спросите – зачем же ехать в такую даль, мёрзнуть, рисковать здоровьем? У туристов есть такой ответ-поговорка: «Смысл туризма – взять побольше, унести подальше и там всё съесть». Это, конечно, шутка, хотя и в ней есть доля правды. Но не только ради этого мы ездим. И даже красивыми видами не ограничиваются наши цели.

Но только в походе можно вдруг оказаться на бескрайнем ледяном полотне реки и провожать восхищённым взглядом закатное солнце, последними лучами подсвечивающее розовым низкие облака и хребты суровых гор. А потом – засыпать под скрип льда и деревьев, шорохи леса, в которых слышится поступь животных. И вокруг при этом на десятки километров не будет ни одного человека, кроме твоего спутника. Только ты и природа, первозданная и не искажённая цивилизацией. Вот ради этого единения и уходят люди в дикие походы.

Закат на реке Средний Сакукан. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Снова к людям

Предпоследний день похода отметился неожиданной встречей. Мы стояли на песках уже довольно близко к селу Чара, всего в каких-то шести километрах, на оборудованной туристической стоянке. Вдруг послышался гул мотора, и из-за поворота вынырнул УАЗик, подъехал к нам, остановился. Из него вылез мужчина лет 60, суховатый, загорелый, с множеством складок на лице и в охотничьем костюме. Первый человек за всю неделю пути! Подошёл к нам, познакомились. Он представился как Андрей Николаевич Давыдов, замдиректора Сохондинского заповедника по нацпарку «Кодар» – или же просто: директор нацпарка «Кодар». Узнав, что мы из Москвы (мы сказали, что «из Подмосковья», но для местных это одно и то же), он очень удивился и даже несколько раз нас сфотографировал. Позже эти фотографии даже разместили на официальной страничке нацпарка «Кодар» в Instagram (да, в селе есть люди, которые знают, что это такое, и даже активно используют соцсеть).

Публикация от Национальный парк “КОДАР” (@np.kodar) 19 Апр 2019 в 5:44 PDT

Вы первые в этом году туристы издалека. Как вы узнали про нас? И что вас сподвигло в такое время ехать так далеко?

– расспрашивал он нас с Виктором.

Мы рассказали о том, какие мы романтики и как нам здесь понравилось, и заодно – что мы ищем какую-нибудь гостиницу, чтобы переждать время до поезда. Андрей Николаевич пообещал помочь с жильём и оставил свой телефон, а затем на УАЗе прокатил нас прямо по песку до той самой скважины, про которую уже шла речь выше.

Андрей Николаевич и Виктор. Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

На следующий день по дороге к посёлку мы встретили группу мужчин на «Буханке» – эвенка, китайца и нескольких русских. Это оказались подчинённые нашего нового знакомого. Они рассказали нам, что в окрестностях Чары несколько дней назад проснулся медведь и задрал двух собак из посёлка. Не спрашивая нас, они позвонили Андрею Николаевичу и через пару минут оповестили, что он заберёт нас на машине – как мы ни отказывались.

Этот день отметился бесконечными разговорами и бесконечным радушием семьи Давыдовых. Они выделили нам комнату в собственном доме, разрешив оставить в ней грязные, пропахшие дымом вещи, истопили баню, плотно накормили обедом. Потом глава семейства возил нас в краеведческий музей в Новой Чаре и на термальные источники, которые оказались неподалёку, а в одной из комнат сельской администрации показывал нам карту национального парка «Кодар», работа над обустройством которого сейчас очень активно ведётся.

Северная, центральная и южная части национального парка «Кодар». Фото: Александра Петрова/Телеканал «Царьград»

Документ о создании нацпарка «Кодар» был подписан Дмитрием Медведевым всего год назад, 19 февраля 2018 года. Одна из основных целей его создания – сохранение редких видов диких животных, обитающих в горах Кодара. В первую очередь, это снежный баран, но водятся здесь также и медведи, волки, рыси, кабарги, песцы, олени. Другая цель – поддержание традиционного образа жизни коренного малочисленного народа – эвенков. И, конечно же, развитие туризма, над чем особенно трудится сейчас Андрей Давыдов. Вблизи Чарских песков уже проводятся ежегодные туристические фестивали, но приезжают на них, в основном, пока только местные либо участники из соседних регионов. А хочется расширяться.

Что приятно удивило в местных жителях лично меня, так это их полное довольство окружающей действительностью. Мы, москвичи, часто думаем, что жизнь крутится только вокруг столицы, а в регионах люди умирают от голода и проклинают всё на свете. На самом деле – нет. Это мы часто изнемогаем от бешеного ритма мегаполиса, плохой экологии и каменных джунглей. А здесь, где люди живут в деревянных домах, с удобствами на улице (это при зимах с температурой -50!), где может в любой момент прийти медведь и съесть твою собаку, – глаза у жителей, несмотря ни на что, светятся спокойствием и счастьем.

Андрей Николаевич рассказал одну показательную в этом смысле историю. Как-то раз «Комсомолка» решила провести конкурс среди сибиряков. Нужно было прислать в редакцию письмо на тему «Почему я хочу переехать в Москву». Тому, кто напишет убедительнее всех, была обещана поездка в столицу на месяц, с обеспечением жильём, пропитанием и экскурсиями.

Семья Давыдовых тоже решила поучаствовать. Вот только написали они не о том, почему хотят переехать в Москву, а о том, почему не хотят – о любви к своей земле и сочувствии к москвичам.

Написали письмо, отправили – да и забыли про него. Но через какое-то время, листая очередной номер газеты, жена Андрея Николаевича случайно наткнулась на объявление итогов того конкурса. Редакция писала, что были прочитаны сотни писем – и в большинстве из них авторы писали, что в Москву переезжать вовсе не хотят. Поэтому среди них и было выбрано пять семей-победителей, среди которых оказалась и Давыдовы. Им всё-таки предложили посетить российскую столицу, чтобы убедиться, что там не всё так плохо, как они думают. Вот так и съездили сибиряки в наши края погостить. Количество всевозможных достопримечательностей и развлечений, конечно, вскружило им голову, но потом всё равно сошлись на том, что дома лучше.

Может быть, они и правы. Счастье ведь не в количестве заработанных денег и даже не в высоком уровне жизни. По крайней мере, для них – простых русских людей, живущих среди таёжных просторов, палящего солнца и ледяных морозов.

Чарская “Сахара”

Фотографии

Описание

Чарские пески — урочище в Каларском районе Забайкальского края, представляющее собой песчаный массив размером примерно 10 км на 5 км. Расположен в Чарской котловине, в предгорьях хребта Кодар, в 9 километрах от села Чара, между долинами рек Чара, Средний Сакукан и Верхний Сакукан. Массив является геологическим памятником природы геоморфологического типа федерального ранга. Окружён лиственничной тайгой и болотами. В 10 километрах находится станция БАМа Новая Чара.

Массив вытянут с юго-запада на северо-восток в направлении господствующих ветров и занимает площадь около 50 кв.км. Ни в одной котловине Забайкалья нет столь крупных массивов сыпучих движущихся песков. Пески кварцевые, мелко- и среднезернистые, прекрасно окатанные, флювиогляциальные, плейстоценового времени образования, впоследствии переработанные ветром. Песчаные массы формируют гряды, барханы и цепи барханов, перемежаемые котловинами выдувания. Длина отдельных барханов 150—170 м, высота до 80 м. Крутые северо-восточные склоны имеют уклон до 32 градусов.

Чарские пески внешне похожи на пустыни Средней Азии. Растительность немного отличается от таёжной. В понижениях имеются участки c лиственницами, ерниками и влаголюбивым кедровым стлаником. В северо-восточной части урочища расположены два небольших озера — Аленушка и Таёжное.

Wiki: ru:Чарские пески

Это описание достопримечательности Чарская “Сахара” 446,9 км на север от Hailar, Забайкальском крае (Россия). А также фотографии, отзывы и карта окрестностей. Узнайте историю, координаты, где находится и как туда добраться. Ознакомьтесь с другими местами на нашей интерактивной карте, получите более подробную информацию. Познайте мир лучше.

Чарские пески

Пустыню обычно называют «безжизненной», «знойной», «мрачной». А вот «уютной»… Но, оказывается, есть и такая. Где? Не поверите, в Сибири. На самом севере Забайкальского края лежат знаменитые Чарские Пески.

Д юны высотой 20-25 метров, рябь ветра на песке, поющие барханы и песчаные бури. Ну чем не пустыня? Изредка встречаются останки деревьев и ползучая трава, цепляющаяся за песок. Для полного сходства с какими-нибудь Каракумами не хватает лишь верблюдов и скорпионов. Еще одна важная особенность этих мест – нет гнетущего чувства вселенского одиночества. Ведь Чарские Пески – хоть и настоящая пустыня, но очень небольшая. Ее площадь составляет всего около 50 квадратных километров. Погибнуть от зноя и жажды здесь вряд ли получится. Вокруг песков горы, тайга, да и среди самой пустыни изредка встречаются «оазисы». А вот заблудиться вполне реально. Особенно в непогоду, когда низкие тучи скрывают единственный ориентир – горы.

Это невероятное сосуществование, казалось бы, абсолютно несовместимых типов ландшафтов и является самым удивительным фактом. Пройти пешком всю пустыню за пару часов и тут же оказаться среди сибирской тайги, болот и ручьев – разве не чудо? А увидеть, вдруг наткнувшись на оазис посреди песков, не пальмы, а кедры и лиственницы? Крохотные болотца, в которых даже летом не тает снег?

Пески хорошо видны уже из села Чара, от которого до пустыни меньше десяти километров. Но близость обманчива. Чтобы добраться к Чарским Пескам, надо сначала переправиться через реку, а потом долго шагать по тайге и топким болотам. Проще всего попасть туда зимой. Однако и здесь имеется неслабый аргумент «против»: в это время в Чарской долине бывает очень холодно – до минус 40-50 градусов по Цельсию.

После короткого лета осень в Чарскую долину приходит стремительно, но длится тоже недолго. Уже в середине сентября желтыми барханами можно любоваться на фоне заснеженных гор. А с наступлением зимы скрывается под белым покровом и сама пустыня. Впрочем, частые ветра делают свое дело, и даже в январе снежное покрывало пестрит желтыми проплешинами. Чарская зима отступает неохотно. Приходит март, а весной еще и не пахнет. Снег начинает сходить только через месяц. Постепенно пустыня обнажается, греется на солнце и на самом излете весны вдруг резко преображается. Пески цветут. Из-под земли в огромном количестве пробиваютсясине-лиловые крапинки сон-травы – забайкальского подснежника.

Так круглый год меняет свои краски и поражает нас чудесами Чарская пустыня…

Примерно 45 тысяч лет назад огромный ледник сошел с гор в Чарскую долину. Образовалась гигантская чаша с водой. Длина водоема составляла порядка 60 километров, а глубина достигала 250 метров. Ледники сползали с гор прямо в озеро, волоча за собой миллионы тонн глины и песка.

– Чарские Пески официально признаны природным геологическим памятником России, а история их образования уходит в древние времена, когда по Сибири бродили стада мамонтов.

Древний водоем в Чарской долине просуществовал несколько тысяч лет, и за это время на его дне скопилась огромная толща осадков. Когда ледниковый период закончился, от водоема остались лишь сотни маленьких озер, рассыпанных сегодня осколками по всей долине. Донные отложения водоема, оказавшись на поверхности, перевеивались ветрами и собирались в дюны, пока не приобрели вид пустыни. Эти процессы продолжаются и сегодня. Пески подвижны, барханы понемногу перемещаются с юго-запада на северо-восток.

Полную версию статьи читайте в выпуске “Неизвестная Сибирь” №10, « Парадоксы эры водолея ».

Понравилась эта статья? Поделись с друзьями и стань поЧИТАТЕЛЕМ Сибири!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Мало кто знает, что первые российские снимки путешествий пришли из Сибири. Читать

С каждой круглой датой все дальше от нас тот майский день, когда страна в едином. Читать

Ректор Краковского университета Матвей Меховский в своей книге «Записки о двух. Читать

Илья Леонов
Меня зовут Илья, и я автор этого блога! Мне 37 лет, живу в г. Санкт-Петербург, воспитываю сына. Я простой путешественник - люблю туризм и хочу делиться с читателями интересными местами нашей планеты :)
Оцените автора
Дневник Туриста
Добавить комментарий